Мне вдруг пришла в голову одна занятная мысль. Что если все сведения о детстве-юности инспектора Жавера, скупо отмеренные месье Гюго, окажутся не более чем... своего рода "шпионской" легендой? Представьте, забавы ради, что будущий преследователь беглых каторжников родился в невыносимо высокородной(хм, почему сразу не кузен королю?) семье, перебитой разбушевавшейся в сами-знаете-каком-году народной массой. Ускользнувшее от пролетарского гнева дитя нашло приют в маргинальной среде, где беднягу насильно переодели в девичье платье и велели танцевать на городских площадях... стоп, это кажется уже другая история?