I've got an idea for a column that will make Walter Winchell look like the kid who writes on fences
Не могу отнести себя ни к знатокам, ни к почитательницам итальянского неореализма, но до сих пор у меня не было повода заподозрить его представителей в крайнем идиотизме ! Оцените бредовость ситуации : мы не выходим на римскую улочку запечатлевать нищих и бродяг - нет, мы имеем конкретный сюжет, историю, порожденную идеей, причем идеей интригующей - а что если бы святой Франциск явился в этот мир в облике современной итальянской женщины ? Нанимаем исполнителей : главгероиню играет шведка Ингрид Бергман, английский для нее не родной язык, но кого это волнует ? обойдемся без сценария, потребуем от актеров импровизировать текст - нам ведь нужна натуральность поведения, верно ? После того, как все отмучились, отыграв свои роли на английском, делаем итальянский дубляж : лишая исполнителей их узнаваемых голосов, заставим персонажей говорить на итальянском - и неважно, кто там их переозвучивал.

Нокс, игравший супруга главгероини, решившего, что у жены проблемы с головой и самое милое дело - это сдать девушку в психиатрическую клинику, описывает ситуацию в истинно ван-вейденовской манере : "Only twice did I have my dialogue the night before a scene was to be shot," said Knox. "Both times, the lines were changed when we met on the set in the morning. All the rest of the time I had no dialogue until a few minutes before the camera turned. Once I was lit for a close-up and the camera had started turning before anyone realized that I had not been given any dialogue. I just sat there, smiling fatuously at Roberto and cameraman Aldo Tonti, and smoking a cigarette. Suddenly, Rossellini spoke. 'Look at Ingrid,' he said, 'and tell her you're not going out tonight.' I laughed, turned again to Ingrid, and said obediently, 'I'm not going out tonight.' The camera was still turning. 'Basta' Rossellini said at length. The camera stopped turning, the lights faded, and I leaned back. 'Well,' I asked, 'am I going out tonight or not?' 'I don't know,' said Roberto. 'But I'll know in a week or two - and I won't have to come back into this set.'" (from The Adventures of Roberto Rossellini by Tag Gallagher).
Прорываю сеть, но всюду кино доступно лишь в итальянском дубляже : тем не менее, известно, что по буржуйскому тв оно шло с английским звуком - должен же существовать где-то оригинальный вариант ?

Нокс, игравший супруга главгероини, решившего, что у жены проблемы с головой и самое милое дело - это сдать девушку в психиатрическую клинику, описывает ситуацию в истинно ван-вейденовской манере : "Only twice did I have my dialogue the night before a scene was to be shot," said Knox. "Both times, the lines were changed when we met on the set in the morning. All the rest of the time I had no dialogue until a few minutes before the camera turned. Once I was lit for a close-up and the camera had started turning before anyone realized that I had not been given any dialogue. I just sat there, smiling fatuously at Roberto and cameraman Aldo Tonti, and smoking a cigarette. Suddenly, Rossellini spoke. 'Look at Ingrid,' he said, 'and tell her you're not going out tonight.' I laughed, turned again to Ingrid, and said obediently, 'I'm not going out tonight.' The camera was still turning. 'Basta' Rossellini said at length. The camera stopped turning, the lights faded, and I leaned back. 'Well,' I asked, 'am I going out tonight or not?' 'I don't know,' said Roberto. 'But I'll know in a week or two - and I won't have to come back into this set.'" (from The Adventures of Roberto Rossellini by Tag Gallagher).
Прорываю сеть, но всюду кино доступно лишь в итальянском дубляже : тем не менее, известно, что по буржуйскому тв оно шло с английским звуком - должен же существовать где-то оригинальный вариант ?
Нокс, и сам не чуждый работы сценариста, наверно, пребывал в состоянии тихого ужаса и отводил душу лишь при помощи своего странноватого хобби - сочинения мрачных исторических романов из жизни и быта родной Канады.
Надеюсь, не готических?
Фильм мечты : эксцентрически-романтическая комедия о высокоморальном бостонском судье (Нокс), по-отечески проявляющем заботу о преступном контингенте родного города (в качестве соцработника), павшем жертвой чар девицы, мечтающей о писательском поприще, но зарабатывающей на жизнь взломом сейфов и посему попавшей за решетку.